30.06.2016
People / Интервью

Арт-группа DOXA: «По нашим картинам видно, что мы из Центральной Азии»

В последний год город Бишкек явно преобразился и стал будто бы немного ярче. Во многом это происходит благодаря большим полотнам стрит-арта, раскинувшихся на местных высотках. На них вы можете увидеть героиню айтматовского романа, вспомнить, как важно семейное счастье, почувствовать ностальгию и течение времени в лице «дочери современного Кыргызстана». Авторы этих уличных картин – два художника Сергей Келлер и Дмитрий Петровский, арт-группа DOXA.


Bishkekchanka: Когда и как образовалась ваша творческая группа?

Сергей: Мы давно работаем в этом направлении и давно дружим, но как DOXA мы образовались летом 2012 года. А до этого существовали просто как творческий коллектив.

Дмитрий: Я тогда изучал философию искусства, и мне показалось, что это древнегреческое слово Doxa – стереотип, который принято считать правдой, а на самом деле навязанный, идеально нам подходит в качестве названия.

Сергей: Началось все с аэрографии на машинах в 2002 году. Я устроился на покраску, малярку, начал рисовать на автомобилях, а Дима тогда учился в училище, и я его позвал с собой помощником. Сам к тому времени я уже окончил училище. Мы оба учились на дизайнера. Недавно взяли трех ребят в помощники: двух мальчиков и одну девочку. Они умеют рисовать, учатся на дизайнеров и художников. Объем работ растет, и мы стали не справляться.


B: В чем разница между граффити и стрит-артом?

Сергей: Граффити – это работа аэрозольными баллонами, а мы используем все подручные материалы, все, что удобно: кисти, краски, пульверизаторы, баллоны, трафареты.

Дмитрий: Да, это большая разница, граффити – это написание своего никнейма, пиар своего имени, там больше шрифтовые композиции, и акцент идет на развитие шрифта и его дизайна. Граффитчики пишут теги. А стрит-арт – это широкое понятие, оно включает в себя и скульптуру, и перфомансы, и световую графику, и действия, и много всего. Мы работаем с формой и цветом, с объемом очень интересно работать, можно переделать все до неузнаваемости.


B: Как вы относитесь к творчеству Бэнкси, считаете ли вы его своим кумиром?

Дмитрий: Сложно сказать, есть ли у нас вообще какие-то кумиры и придерживаемся ли мы каких-то канонов стрит-арта, к которым бы мы тянулись. Мы вдохновляемся работами многих дизайнеров, мне, если честно, Бэнкси не очень нравится. Он заявлен как идеал граффити, мне нравятся его идеи, но не подача.

Сергей: Тут важнее не исполнение, а сама идея. У Бэнкси не сказать, что исполнение всегда шикарное, но хорошие идеи. Для хорошего стрит-артера важно мыслить неординарно, видеть вещи иначе и необычно подавать.


Для справки: Бэ́нкси(англ. Banksy) – псевдоним английскогоандерграундногохудожника граффити, политического активиста и режиссёра, чья личность долгое время не была установлена. Вокруг его биографии велось много споров. Согласно самым распространённым версиям, его настоящее имя Роберт или Робин Бэнкс. В 2000 году Бэнкси выставил свои работы на выставке в Бристоле, а уже через год выставлялся на международных выставках, однако тогда особого внимания к себе он не получил, хотя еще в 2001 году о нем рассказал телеканал BBC. Однако постепенно Бэнкси приобрел популярность и даже получил репутацию «арт-террориста». Бэнкси является автором нескольких книг-альбомов своего творчества. Также в 2010 году на кинофестивале «Сандэнс» состоялась премьера его фильма «Выход через сувенирную лавку».



B: Расскажите, с какими заказами к вам обращаются?

Сергей: Мы уличные художники, но к нам обращаются за разными заказами. Коммерческие заказы бывают на дизайн интерьера комнаты, и если нам дают готовое изображение, то мы «выступаем» струйными принтерами. Недавно мы реализовали большой проект с ЮНИСЕФ, вторая стена сейчас находится в процессе. Также мы разрисовывали 12-ую школу.

Дмитрий: У нас есть скульптура – инсталляция из железа длиной 5 метров, высотой 4 метра. Она изображает портрет обычного рабочего в такой необычной технике – оптическое искусство. С одного ракурса портрет раскладывается по слоям. Но он немного не вандалоустойчивый, поэтому его нужно подготовить для установки в городе.

Сергей:Мы его сделали осенью, сейчас он стоит на заводе, где и создавался. Он весит порядка двух тонн. Планируем поставить его где-нибудь в городе или в музее ИЗО.


B: Вы преследуете какую-нибудь цель своим стрит-артом?

Дмитрий: У нас нет определенной цели, это, скорее, способ самовыражения. Тратишь свое время и деньги на краску, но получаешь удовольствие от результата. У нас нет радикальных социальных работ с протестом против чего-то. Наш стиль более приближен к локальному, мы хотим делать вещи, по которым видно, что мы из Кыргызстана. Сейчас любого художника можно узнать по узорам, цветам. Мы себя не ограничиваем, работаем в разных техниках, узнаваемы по национальному колориту.

Сергей: Своим творчеством мы стараемся нести доброту в массы. Как правило, мы стараемся использовать персонажей азиатов и плюс использовать в своих работах наши национальные узоры, орнамент. Дима любит рисовать графику, создает графическую часть рисунка. Я люблю портреты, а потом весь рисунок разбавляем эмоциональными узорами, чтобы было видно, что мы из Центральной Азии.


B: У нас граффити считают вандализмом, хотя за рубежом часто продают за баснословные суммы. Что вы думаете по этому поводу?

Сергей: Граффитчики – наши коллеги по цеху, у нас очень мало профессионалов среди них, можно по пальцам пересчитать. Видите, в чем дело, граффити привыкли воспринимать как вандализм, потому что граффитчики творят по ночам, второпях, быстро-быстро делают и скрываются. В итоге работы не всегда получаются хорошими и аккуратными. Поэтому люди так негативно и воспринимают. А если дать человеку возможность рисовать спокойно и как он хочет, они поймут, что это круто.

Дмитрий: В прошлом году в Москве дали стены художникам и краски, и они нормально нарисовали, те же самые вандалы.

Сергей: А у нас как раз появилась возможность показать, что как здорово и креативно это может выглядеть. Все началось, когда в Бишкек приехал Габриэль. Мы были знакомы с ним до этого, и он нас привлек к проекту, когда мы рассказали об отношении властей к стрит-арту. После того как мы нарисовали картину (школа №12), нас заметили, и все стало как-то проще, пошли крупные заказы.


Для справки: Габриэль Спектер – американский художник-граффитист, принадлежащий к направлению в современном искусстве, которое носит название публичного. То есть его произведения размещаются в общедоступных местах, на улице. Габриэль Спектер приезжал в Бишкек по приглашению посольства США, чтобы поработать с местными граффитистами и поделиться своим богатым опытом. Габриэль Спектер живет и работает в Бруклине, самом густонаселенном районе Нью-Йорка. Свою известность он получил благодаря разнообразию используемых им стилей, тем и технических приемов. Его граффити и скульптуры можно найти не только в родном Нью-Йорке. Работы Габриэля можно увидеть в Токио, Лондоне, Париже, Риме и даже Санкт-Петербурге.


B: У вас есть ваша любимая работа?

Дмитрий: Любимая работа та, которая еще не сделана. Каждый раз после проекта остается какое-то чувство незаконченности, хочется еще что-то сделать. Но в таком случае уже можно испортить работу. Она интереснее, когда живая, например, бывает, люди приходят, что-то дописывают. Сама по себе она не смывается, не закрасится.

Сергей: Интересно было работать в проекте с троллейбусами. Жалко, что дали совсем плохие тралики, что они полгода только отъездили. Одна из первых понравившихся мне работ – Димина, которую он рисовал на Ошском рынке на Trash Festival. А из уличных работ – на Линейной улице возле железнодорожного вокзала напротив детской клиники нарисованы две врезающиеся машины. Интересная работа.


B: Как происходит процесс создания стрит-арта? Что нужно сделать, чтобы граффити сохранилось как можно дольше?

Сергей: Сначала создаются эскизы на бумаге, затем в фотошопе примеряем на стенку, смотрим, как будет выглядеть рисунок, цвета подбираем. Картины, которые мы делаем для больших проектов – долгосрочные. Нам заранее грунтуют стену, покупают дорогие и качественные краски. И мы можем с уверенностью сказать, что эти картины еще долго простоят. Те же работы Бэнкси в Лондоне под стеклом хранят, их на аукционах выкупают. У нас нет таких целей, жажды наживы (смеется).

Дмитрий: Самое сложное – придумать идею. Процесс порой проходит очень мучительно, смотришь аналоги, ищешь, думаешь и развиваешь мысль, подбираешь образ. Есть работа на 9 мая, которая провисела два дня. Это постератум был – рисуется и наклеивается на стену. Если бы я рисовал на месте, то потратил бы на это всю ночь. А так было задумано, чтобы все было сделано быстро и незаметно. В итоге через два дня ее оторвали как обои. Очень важно фотографировать свои работы. Снял, выложил в сеть, и она продолжает там жить. Стрит-арт живет в Интернете.


B: Какие у вас дальнейшие планы? Хотите творить за рубежом?

Сергей: У нас был опыт, мы ездили в Россию, в Пермь, участвовать в фестивале. Сейчас нам важно делать работы именно здесь, дома. Смысл нам пиариться за рубежом, когда нас дома не знают. А потом уже можно покорять заграницу, но сначала тут все стены надо изрисовать.

Дмитрий: Иногда видишь стену и думаешь – классно было бы в ярких цветах сделать или на улице чьего-то имени изобразить его портрет. Или мост грязный на Советской тоже украсить.

Сергей: Любое занятие, которое делается искренне и от души, рано или поздно приносит деньги. У нас есть задумка съездить в Ош, Нарын, покататься по городам страны. Нам бы очень хотелось оставить свои картины по Кыргызстану.


Автор: Нурайым Рыскулова

Фотографии: Ренат Торомамбетов; из личного архива героев