9.10.2017
Relax / Рассказы

ГОРОД ВЛЮБЛЕННЫХ (СЕРИЯ 4)

Начало здесь


Я в нетерпении барабанила по рулю. На моем телефоне мигало пять пропущенных звонков из дома, было бы неплохо перезвонить, но я не знала, что конкретно ответить маме. Плюс ко всему я давно не была за рулем и обещала вернуть машину брату через пару часов в целости и сохранности, отчего я немного нервничала. Остановившись около входа в тот отель, где в прошлый раз проходила Viva, я уже пять минут выжидала момент, чтобы разбудить моего пассажира.


Наконец, я решилась и осторожно подергала за рукав Макса. Словно очнувшись от плохого сна, он встрепенулся и посмотрел в окно. Сообразив через несколько секунд, где мы находимся, Макс покачал головой: «Сюда тоже нельзя».


Я презрительно закатила глаза. И что прикажете делать? Катать всю ночь по городу? Ситуация стала меня понемногу злить. Домой ему, видите ли, нельзя, на работу тоже – и что теперь делать?


– Может, лучше назад в больницу? – предложила я. – Мы не можем кружить по городу всю ночь.


– Заверни за эту улицу, и еще два квартала… и можно будет меня там оставить.


Но совесть не позволила оставить человека на улице одного, поэтому я вышла из машины следом за ним. А Макс и не собирался благородно бомжевать. Вместо этого он, немного прихрамывая, прошел в сторону дома, фасад которого был застроен небольшими магазинчиками. Подойдя к крыльцу одного из них, парень стал прощупывать стену слева. Я уже стала беспокоиться за его психологическое самочувствие, когда он, наконец, выдвинул прямо из стены немного покорёженный кирпич и из образовавшегося пространства что-то извлек. В руках блеснул металл ключа, отперев им ближайшую дверь, Макс толкнул ее ногой. Не дожидаясь приглашения, я тоже вошла в помещение следом за ним.


– А я подумала, мы сейчас попадем в Косой переулок, – сравнение с кадрами из «Гарри Поттера» напрашивалось само собой.


– Но мы больше похожи на странноватых воров.


Фу, чем это здесь пахнет?


– Луком. Луком и чьими-то несбывшимися надеждами… – Макс нашарил рукой кнопку выключателя, и помещение озарил мягкий свет. – Не очень-то надежно, я знаю, но и воровать-то пока здесь нечего. Я оставил ключ на случай непредвиденных обстоятельств. И видимо они настигли меня… Можно позвонить с твоего телефона, Дина?


– Или вы сами напрашивались на них, – пробормотала я, снимая блок с экрана смартфона.


Пока Макс разговаривал с кем-то, я огляделась: небольшая «прихожая» плавно перетекала в большой зал, заставленный столами и диванчиками, поверх которых громоздились коробки и пакеты. Декоративные растения пожухли, печально сжавшись в своих кадках. Посередине зала стоял электрический камин, на стенах висели довольно безвкусные картины – Маратик бы сильно возмущался. В целом выглядело так, будто здесь делали перестановку, но потом вдруг передумали, бросили все на своих местах и переключились на что-то другое.


Я вспомнила, что бывала здесь уже, правда, очень давно. У этого ресторанчика часто менялись хозяева. Несмотря на то, что само здание находится в центре города, люди не замечают его вывеску среди множества разбросанных по фасадам домов ярких витрин магазинов и ларьков с фаст-фудом.


– Я останусь здесь на пару дней, придется работать дистанционно. Дома сейчас такая атмосфера, что лишние волнения ни к чему… – зачем-то стал объяснять мне Макс, возвращая телефон. – Но это впервые, когда мое увлечение скоростью закончилось больничной палатой – самое ужасное место, где я когда-либо бывал. Спасибо, Дина, что вытащила меня оттуда.


– Странно, что это сделала именно я, конечно, но, видимо, это карма, за все, что было до этого.


– Зато у тебя есть шанс оценить мой личный проект, – Макс обвел свободной рукой помещение, правая была крепко перевязана и прижата в груди. Он уже давно и с легкостью перескочил на «ты», в то время как я еще раздумывала держать ли субординацию, сознательно избегая личного местоимения. – Ты первая из посторонних, кто видит это. Я приобрел его за полцены месяц назад и сейчас в поисках хороших идей.


– Ну, для начала нужно снять эти отвратные картины со стен... – я расхаживала по залу, будто прицениваясь, внимательно разглядывая каждую деталь интерьера. – И что думаете делать?


– Я сейчас думаю об арт-кафе с действительно оригинальным концептом интерьера, с уютной атмосферой и хорошей живой музыкой, – Макс неотрывно следил за каждым моим шагом. Возле барной стойки я увидела рояль и направилась прямиком к нему. – Но у меня не так много времени на это, поэтому все силы брошены на поиски хорошего шефа, ведь путь к сердцам людей лежит исключительно через желудок.


– Ну, не знаю, от зрелищ к хлебу еще никто не отказывался. В Нэшвилле я видела отличную комбинацию мюзик-холла и ресторана: официанты пели, танцевали, читали стихи, и каждый желающий мог присоединиться к этому аттракциону самовыражения, – я откинула крышку рояля, прошлась по клавишам и снова захлопнула ее. – И все вместе это выглядело весьма неплохо – что ни день, то праздник. Зарезервировать столик туда стояла целая очередь на неделю вперед.


– Ресторан-театр – это уже интересно… Ты была в Нэшвилле?


– Я работала по Work and Travel еще студенткой... А еще можно сделать семейный ресторан с рыбной кухней и демократичными ценами, – меня уже несло как машину без руля, нереализованные идеи ждали момента быть высказанными. – Хотя моноконцепт – это очень рискованно, но я за чистоту жанра, не понимаю, когда в угоду клиентам смешивают в меню европейские и восточные блюда. Но вот тут и правда, дело стоит за хорошим шеф-поваром, – я замерла на секунду, вдруг вспомнив кое-что, потом взяв себя в руки, дабы скрыть досаду, стала рыться в пакетах, которые мы принесли с собой: на выходе из больницы я купила в магазине сэндвичи, йогурты и холодный чай.


– Если покопаться в этих коробках, думаю, мы сможем найти что-нибудь посущественнее, – Макс стал по очереди открывать каждую коробку, заглядывая внутрь. Через пару минут под громкие звуки закипающего электрочайника мы выложили на один из свободных столов весь «улов». Быстрорастворимый черный кофе, чайные пакетики, крекеры и рыбные консервы присоединились к нашим сэндвичам и йогуртам. Получилась взрывоопасная смесь, особенно меня впечатлила килька в томате.


– Знаешь, когда я впервые увидел тебя, то не мог оторвать взгляд: красивая, умная, уверенная. Я тогда только приехал и не понимал, что я вообще здесь делаю, меня все раздражало. Ты с коллегами презентовала нам стратегический план и спустя каких-то пару часов вы заразили меня своей уверенностью в том, что все получится, что кризис неминуемо закончится, и все будет хорошо. Ты так улыбалась…


– Нас этому учат, это наша основная роль. Мы помогаем делать людям то, что они и так могут сделать сами, просто боятся, – решила прервать серию комплиментов я, как ни странно, подобное мы с коллегами слышали уже не один раз. Но руки у меня все же задрожали, когда я разливала кипяток по кружкам.


– А мне казалось, ты искренне заинтересована в нашем успехе…


– Я искренне заинтересована в получении бонусов за свою работу, а придя к желаемому успеху, компании забывают о нас, считая, что всего достигли сами, – об этих признаниях позже я пожалею, но очень уж хотелось давно кому-нибудь высказаться по этому поводу. – Чем больше людей получат от нас качественную помощь, тем больше к нам придут клиентов – тем успешнее становимся мы. Все закономерно.


– Получается, мы используем ваши способности, а взамен, вы навсегда остаетесь в тени. Разве это не обидно, Дина? Разве ты не хочешь сделать больше, чем просто очередной проект?


– А зачем вам… тебе этот ресторан? Много свободного времени? – мне не нравились все эти вопросы, и я решила перевести стрелки на собеседника.


– Времени как раз-таки мало. Все, чем я сейчас управляю – создали мои родители и их партнеры, это я не только понимаю, но и слышу ежедневно шипение из каждой щели. Только ленивый не вспомнил, что я родился с золотой ложкой во рту, что все досталось мне просто так. Отель, рестораны – это все командная работа, где все продумано до мелочей, что даже неинтересно становится иногда. Поэтому когда я увидел это помещение, понял, что можно сделать что-то совершенно иное, ни с кем не советуясь.


– А что если этот ресторан слишком мал, чтобы выдержать конкуренцию. Вдруг он станет очередным заведением, подвергающийся ребрендингу каждые полгода?


На несколько минут повисла тишина. Эта пауза не была неловкой, напротив, казалось, что Макс сейчас обдумывает что-то важное и не хотелось ему мешать. Я же увлеченно разглядывала консервы, тыкая поочередно в каждую рыбешку зубочисткой. Как же все эти глаза и позвоночники уместились в одной банке? Да-а, не повезло кому-то родиться рыбкой…


– У меня отличная идея, – наконец, прервал тишину Макс, на его уставшем, покрытом ссадинами лице, впервые за вечер появилась улыбка. – Я думаю, что мы можем стать отличными деловыми партнерами. Как думаешь? У тебя много идей, хороший опыт работы в W Consult, время и силы, у меня – связи и тоже определенный опыт. Ты займешься всей внутренней концепцией, а я обеспечу фундамент.


– Что за фигню ты несешь? Думаешь, мне сейчас совсем нечего делать?


– Только представь, как это заброшенное помещение в скором времени преобразуется, мы сможем вдохнуть в него жизнь, реализовать самые смелые задумки… Нет, серьезно, если мы объединим мою амбициозность и твой опыт, у нас получится нечто грандиозное, – по его лицу было понятно, что он не шутит. – И твое имя, Дина, навсегда останется в истории этого заведения, вместо того, чтобы пылиться в безликой массовке команды W. Только представь, как здесь можно развернуться…


– Чтобы заниматься новым заведением, нужно вложить все силы и душу, а значит, мне нужно будет уволиться, – стала рассуждать я в поисках трезвых аргументов. – И если вдруг ничего не получится, у тебя в любом случае останется семейный бизнес, ты ничего не теряешь, а вот я…


– Я не прошу ответа прямо сейчас, ты можешь подумать, взвесить все за и против. Мы составим наиболее выгодный для нас обоих контракт. Если что, ты знаешь, где меня найти.


– Я, конечно, подумаю, предложение очень заманчивое, – я глубоко вздохнула. – Просто я не уверена, что готова сейчас что-то менять в жизни, у меня сейчас есть все, что нужно: карьера, деньги, дом, парень… Не получится ли «шило на мыло»?..


– Парень…, – усмехнувшись, задумчиво протянул Макс, – уф, знаешь, ты вызываешь восхищение в той же мере, что и раздражение, – он замолчал на несколько секунд. – Когда я вновь увидел тебя в ресторане на вашем празднике самодовольства и пафоса, я сначала обрадовался… У меня появилась возможность понаблюдать за тобой некоторое время, в нерабочей обстановке. Но то, что я заметил, разозлило меня. Твой взгляд… то, как ты смотришь на него… на того неряшливого патлатого парня, которому не было и дела до тебя. И вся эта суета вокруг...


Я чуть не задохнулась сначала от чувства нахлынувшего стыда, а потом от возмущения. Вот как выглядело со стороны: я крутилась вокруг Каната? Какой еще такой «неряшливый»? Когда я от кого-нибудь слышу что-то не очень приятное о внешности или поведении Каната, я бросаюсь на его защиту, как будто я приобрела единоличные права на критику. Хотя сама признаю все его недостатки.


– Да кто ты вообще такой, чтобы так говорить? Просто ты ничего не знаешь и уж тем более ничего не понимаешь…


– Того, что я увидел, достаточно, чтобы понять, что ты достойна лучшего. И я знаю, что люди не меняются, что людям нравится играть друг с другом – и это никогда не прекратится. А хочешь, расскажу, что будет дальше?


– Дальше я пошлю тебя нафиг и поеду домой.


– Дальше тебя ждет два варианта: либо он тебя бросит, либо ты выйдешь замуж. При любом раскладе ты продолжишь работать на миссис Браун и блистать время от времени на вечеринках, пока…


– Ну, думаю, на сегодня с меня хватит глупостей, – я резко встала из-за стола, от чего стул опрокинулся на пол.


– И когда-нибудь ты очнешься, а твоя жизнь будет похожа на вот эту комнату, некогда яркую и полную радости и веселья…


– Чем бы стереть с твоего лица эту самоуверенность? Выздоравливай, Нострадамус! – моему собеседнику явно хотелось продолжить разговор, но я уже направилась к выходу.


– Мое предложение в любом случае в силе, я буду ждать положительный ответ!


***


Я поспала всего пару часов, все остальное время провела лежа на кровати и тараща глаза в потолок. В моей голове происходило нечто, напоминавшее улицу в час пик, перегруженную транспортом, мысли толпились, не давая уснуть. Я почему-то уже представила, как выхожу в зал ресторана, чтобы поздороваться с постоянными клиентами, улыбаюсь всем своей фирменной улыбкой. Что-что, а общаться и очаровывать людей я умею – проверено не раз. Моя фантазия привела меня на обложку журнала «Ресторатор» и на первое место в списки лучших заведений СНГ по версии Time Out, Tripadvisor. Вариант «10 лучших ресторанов мира» безапелляционно отметал мой врожденный скептицизм и прагматизм.


Я так была рада, когда забрезжил свет и за окном послышалось первое чириканье птиц: поскорей бы день захватил меня своей суетой и избавил от навязчивых мыслей. Хотелось с кем-нибудь поговорить, написала сообщение Жике, но ответа так и не дождалась. Та еще предательница, сказала, что уедет ненадолго, и совсем пропала в Алматы.


Гости стали тянуться с раннего утра. Сколько ни говори и не назначай точное время, все равно все придут только тогда, когда им будет удобно, раньше или позже, но никак не вовремя. Сорвав все свое раздражение на работниках, которые устанавливали во дворе батут и на беспричинно радостном клоуне, я почувствовала некое облегчение.


– Кандайсың, кызым? Замуж собираешься?


– А что ты делаешь? Работаешь? Ааа. Зарплата хорошая?


– Все так и будешь ходить, замуж когда уже?


– Надеюсь, мы в следующий раз соберемся все вместе на твою свадьбу. Не заставляй нас ждать…


Оскалив улыбку, я вяло отражала нападки родственников по поводу незамужнего положения. Глупо размахивать руками и оправдываться на территории, где я совершенно точно в проигрыше. Такое ощущение, что самое грандиозное, что ожидают от меня – удачное замужество. Все остальное будет встречено лишь сочувственными улыбками, понимающим киванием головы.


Весь дом, двор, беседка были заполнены людьми, я сновала туда-сюда, выполняя мамины поручения, а бегавшие вокруг дети так и норовили сбить меня с ног. При этом визжали они с такой силой будто получили спецзадание оглушить всех вокруг.


– Хочешь, сбежим отсюда? – внезапно услышала я знакомый голос за спиной. От эмоциональной усталости я даже не вздрогнула, больше разозлилась. Медленно развернувшись, я уставилась на Каната. В руках он держал букет из голландских роз.


– Ты что здесь делаешь? – прошипела я.


– Соскучился по тебе, – он поцеловал меня и крепко обнял.


– Ты что творишь? – вырвав у него из рук цветы, я подхватила его под локоть, дико озираясь, потащила его в сторону выхода. Вроде никто ничего не заметил.


– Я хотел сделать сюрприз, – в голосе прозвучали нотки разочарования.


– Совсем неудачный…


– Я украду тебя ненадолго. Они все равно даже не заметят.


– Это, конечно, вряд ли, но хорошо, пойдем, прогуляемся, – я поняла, что просто так от Каната сейчас не избавлюсь, поэтому лучшее, что можно сделать – увести его подальше от дома. Если дойти до конца улицы и свернуть направо, можно выйти на дорогу, ведущую к горам. Здесь обычно пасут скот, тусуется молодежь, проводят фотоссесии. Довершает пейзаж самый высокий флагшток страны, возвышающийся на одном из холмов.


– Взять тебя на ручки, старичок? – я быстро поднималась по возвышению, адреналин в крови придавал мне силы и бешеную энергию.


– Эй, ты посмотри на мою обувь, подошва соскальзывает, – ныл в ответ Канат. – Ну, куда мне по горам сейчас лазить?


– Это не гора, это обычный холм, – передразнила я, оглядываясь через плечо. Он действительно был немного странно одет, не в привычные джинсы и футболку. На нем были темные брюки, под легкой курткой белая рубашка, довершал сей ансамбль рюкзак за спиной.


– Ты чем-то недовольна, Ди, – это был скорее не вопрос, а утверждение. Канат, наконец, почувствовал мое настроение.


– Просто не выспалась, – отозвалась я.


– Помнишь, как мы приходили сюда после учебы, Ди? Здесь еще был кинотеатр на открытом воздухе.


– Конечно, как же не помнить. Почему ты приехал, не предупредив?


– Я же сказал, что просто захотелось тебя увидеть. А ты чего такая злая сегодня?


– Ну, вообще-то я тут не на вечеринке развлекаюсь!


– Что-то тебе все не нравится, я уже дважды оказываюсь не в то время и не в том месте.


Я выдохнула и села на траву, кинув букет рядом. Земля уже была холодная, больше пяти минут на ней не просидишь. Но зато отсюда Бишкек был виден как на ладони. Сейчас над городом повис смог, делая серо-белые дома еще более непривлекательными. Забавно, все по отдельности, детально в городе мне нравится, а вот так издалека кажется пустым и бессмысленным. Зато по вечерам отсюда можно наблюдать, как город постепенно разрастается яркими красками, огоньками – завораживающее зрелище.


– Извини, – наконец я выдавила из себя. – Просто все эти сюрпризы напоминают мне, какой я была и какой я сейчас стала.


– И какой ты была?


– Романтичной, спонтанной… Сидеть вот здесь с тобой и ни о чем не думать – было моим любимым развлечением… Сейчас я не могу уже делать все, что вздумается и когда захочется.


– Просто не парься, – он лег на траву и раскрыл руки. Оглянувшись назад, я посмотрела внимательно на Каната. Распластавшись на земле, он смотрел в небо. Лицо его вновь обросло легкой щетиной, непослушные волосы спадали прямо на глаза, на губах играла легкая улыбка. Большой ребенок, который никогда не повзрослеет... Может, он действительно стал буддистом?


– Как тебе это удается? Для тебя всегда все так легко и просто: соскучился – приехал, надоело – бросил все и уехал, захотел в Нью-Йорк – оставил меня в чужом городе…


– Мы же вроде все выяснили уже давно, я извинился, ты вроде простила.


– Знаешь, мне вчера предложили очень интересное дело, – я легла на спину, стала наблюдать за проплывающими на небе облаками, чтобы немного успокоиться и сбить нарастающее недовольство и раздражение. Я рассказала Канату о ресторане и о предложении Максата. При этом я как будто слушала себя со стороны, голос звучал неестественно высоким, я старалась все передать как что-то несерьезное, шуточное.


– И что ты надумала? Какой ответ ты дашь? – Канат продолжал смотреть завороженно на небо.


– Я еще не думала об этом.


– Ты же не спала всю ночь, потому что обдумывала эту идею, так ведь? Ты ведь рассказываешь мне это не потому, что ждешь совета?


– Ну, в любом случае я жду поддержки и понимания с твоей стороны, а не сарказм, – и это было правдой. Я ждала, что он скажет что-то вроде: «О, да, это твой шанс, вперед!». Я ждала хоть какого-то знака, пусть даже: «Да зачем тебе все это, не парься, продолжай то, что делаешь обычно».


– Значит, предложение плохо знакомого человека ты обдумываешь уже почти сутки, а мое ты даже не стала рассматривать…


– Какое твое предложение? – я встрепенулась, пытаясь хоть что-то подобное вспомнить.


– Вот видишь, ты даже не помнишь! Я предлагал и предлагаю до сих тебе уехать, жить, работать, путешествовать, искать себя в других странах, а не сидеть на одном месте. Но ты тогда ответила что-то вроде «как же я здесь все брошу и уеду в никуда», – как бы передразнивая меня, кривлялся Канат.


– Это совсем разные вещи, – я поднялась с земли.


– Исход выгоды и потерь абсолютно одинаков, ты в любом случае потеряешь стабильность, придется каждый день рисковать! – следом за мной поднялся Канат.


Я немного помолчала, но все же бессонная ночь дала о себе знать, все мысли теперь столпились в очередь, дабы быть высказанными.


– Знаешь, Канат, почему я даже не стала думать о том, что ты предложил? Потому что я не уверена в тебе. Потому что ты в любой момент можешь исчезнуть или сделать так, как будет удобно только тебе, а я останусь снова одна!


– Да если бы я хотел, я бы давно уехал куда-нибудь. Но я ведь все еще жду, пока ты наберешься смелости, Ди! Разве ты не видишь, что я здесь только ради тебя? А вместо этого ты прячешь меня от своих родителей и родственников.


– Потому что моя мама примет тебя в нашем доме только в сопровождении твоих родителей и детального плана свадьбы! А пока у тебя нет ничего, кроме смутного плана побега, устраивать сюрпризы желательно в радиусе ста метров от дома моих родителей! – с каждым словом мы повышали голоса, проходившие мимо детишки с любопытством уставились на нас.


– Так я ведь для этого и приехал! Эти цветы для твоей мамы, а здесь, – Канат пнул ногой рюкзак, лежавший на земле, – подарки для твоей семьи. Я хотел поговорить с ними, пользуясь всеобщим праздничным настроением. И что мне теперь делать?


Продолжение следует...

Автор: Динара И.