14.07.2016
Люди / Звезды

Саадат Чокубаева: «Если певица не поет живьем – она не певица»

Я услышала ее впервые по радио, а через несколько лет познакомилась на музыкальном вечере, который она устраивала. Громкий смех, красная помада и умение владеть публикой – ее визитная карточка. Певица Саадат Чокубаева свободно чувствует себя перед камерой и очень проста на общение. Говорить все начистоту, без купюр – ее отличительная черта.


– Саадат, ты очень разносторонняя личность: и певица, и основательница школы живописи, откуда столько талантов?


– У нас вообще очень яркая семья во всех смыслах этого слова и внешне и внутренне: высокие, темные, бровастые, громогласные, поющие, смеющиеся. Если я пойду в сферу кино, то буду актрисой в третьем поколении семьи Чокубаевых.


Считаю, что избалована папиным вниманием – да и вообще я папина дочка. С детства у меня был очень загруженный график с 8 утра до 8 часов вечера: я была в школе, затем шла на художественную гимнастику, потом в музыкальную школу им. П.Шубина, потом в Академию искусств, а еще была музыкальная школа им. М.Куренкеева. Родители хотели, чтобы я пробовала все и гармонично развивалась. Но для ребенка это очень большая нагрузка и в какой-то момент мы с ними поняли, что я не выдерживаю этого бешеного ритма. До сих пор помню, что учительница меня била линейкой по пальцам, когда я ошибалась, а я почему-то не рассказывала об этом родителям и терпела. Мне было важнее, чтобы родители не расстроились. Но они мне дали карт-бланш – мне было из чего выбирать, в каком направлении развиваться.


– А когда ты осознала, что дальнейшая твоя жизнь будет связана с музыкой?


– Благодаря брату я росла под музыку Уитни Хьюстон, Майкла Джексона, Boyz II Men, пока играла в куклы, сидя дома. Эта музыка всегда была где-то внутри меня. А когда я ходила в музыкальную школу, где меня заставляли играть неинтересные дурацкие пьесы, то меня все равно тянуло в эту мелодичную красивую музыку, ритм-энд-блюз, соул, джаз. И как-то раз брат, друг всех музыкантов Фрунзе и Бишкека, как его называют, предложил попробовать записать песню в профессиональной студии Tumar Voice Records. Это была песня Эрика Джумахматова про детство. Я очень переживала, боялась, а когда получила кассету с записью, то бежала к подружкам, чтобы поделиться радостью. Это было так нереально – слушать свой голос в песне, в аранжировке, записанной в профессиональной студии. В мои 14-16 лет это было просто что-то! Мне тогда казалось, как фанатке Backstreet Boys, что еще несколько лет и я буду петь на сцене с ними (смеется). С того времени я потихоньку стала в это дело внедряться.


"И буквально два-три года назад у меня какое-то прозрение случилось, работа над собой повлияла. В какой-то момент я подумала, а с чего ты взяла, что ты какая-то небожительница?"


– Где и когда прошло твое первое выступление перед публикой?


– Первый раз я осознала, что моя музыка людям тоже нравится, когда выступала на концерте в КРСУ с песней I will always love you. Тогда про меня впервые заговорили. И я подумала, а почему бы и нет, и решила углубиться еще дальше в эту сферу.




– Я помню твои первые песни на радио, больше всего запомнилась «Тук-тук». Мы услышим еще в живом исполнении песни, с которыми ты начала покорять слушателей?


– Это был первый достаточно серьезный шаг в сольной карьере, когда уже надо было платить за аранжировки, это было уже серьезно. Все эти песни и аранжировки мне писал Сергей Соколов, один из солистов группы «Элес».


Мне всегда больше нравились медленные тянущиеся песни, потому что у меня голос подходящий, и душа лежит к такой музыке. Поэтому «Тук-тук» – это была достаточно хитовая песня, но сейчас я не могу ее слушать, не то что петь. Ты знаешь, я уже взрослая женщина, мне 30 лет, и это смешно – перепевать эти девчачьи песни. Я тогда пела иначе, неосмысленно, просто был текст, мелодия и надо было спеть, не вкладывая душу.


– Когда твое музыкальное увлечение стало приносить деньги?


– Тогда я уже выступала как артист, пела в ночном клубе Soho и зарабатывала свои первые деньги. Это был период всего нового: первая зарплата, первые джинсы и косметика, купленные на свои кровные. Было здорово. За два выхода в неделю я зарабатывала свои 100 долларов, и на то время это были хорошие деньги, я шиковала, чувствовала себя победителем по жизни. (смеется)


Сначала я всячески пыталась пропустить этот путь из-за различных предубеждений. Там все кушают, пьют, а я перед ними петь буду?! Мне это не очень легко давалось, эти все выступления на свадьбах, в ресторанах. Потому что я была скована внутри, и мне казалось, что это неправильно. И буквально два-три года назад у меня какое-то прозрение случилось, работа над собой повлияла. В какой-то момент я подумала, а с чего ты взяла, что ты какая-то небожительница? Это огромная школа и опыт для любого певца, тренировка голоса. Сейчас мне все равно, где и перед кем я выступаю. Я вышла из своей зоны комфорта.




– А как образовалась ваша группа Sadabanda, и кто входит в вашу творческую команду?


– Sadabanda – это в первую очередь коммерческий проект. Я пришла к этому в поиске нового стиля и направления в музыке, а пока не попробуешь, не узнаешь. У нас в составе гитарист Виктор Юн и диджей Эдиль Канатов, ну и я, прямо как в группе «Дорнобанда» моего любимого Ивана Дорна. Это очень удобный и мобильный состав. Как-то раз мы сидели в студии, записывались и у меня с языка слетело Sadabanda, и оно случайно ушло в мир. В рамках группы у нас вышло три песни, для меня это также хорошая проверка, могу я так или не могу. Создание песни – это работа всех по чуть-чуть. Я в основном работаю с Эрланом Арстановым, он же Dj XTZ. Он делает миксовку, аранжировку. Но я не собираюсь бросать сольную карьеру, как и не планирую выступать под ритмичную музыку или скакать по сцене и петь под фонограмму – это не мое. Если певица не может петь живьем – она не певица.


"У меня нет амбиций для того, чтобы быть примой или народной певицей. Я хочу занять свои нишу – кыргызская певица-соул"


– У тебя есть в планах запись песни на кыргызском языке?


– Ты знаешь, долгое время я отказывалась от этого, непривычно. Мне кажется, английский язык создан для песни, русский тоже, но с ним тяжелее. По-кыргызски пока сложно петь, но я понимаю, что это нужно. Мы сейчас сотрудничаем с Мирбеком Атабековым, и, возможно, в скором времени мы споем дуэтом на кыргызском. Я хочу продублировать песню на русский язык, чтобы всем понравилось и все поняли, о чем она и зачем.


– А выступать на большой сцене где-нибудь во Дворце Спорта ты бы хотела?


– Я рассуждаю немного шире и не хочу собирать концерты. У меня нет амбиций для того, чтобы быть примой или народной певицей. Я хочу занять свои нишу – кыргызская певица-соул. Это та музыка, которая у меня внутри, которую я пою и кайфую, заряжая слушателей. Даже если их будет человек двадцать, мне этого достаточно. Каждому свое, другие артисты молодцы в своем деле, я молодец – в своем.


– Как тебе удается совмещать творческую карьеру и выполнять родительские обязанности?


– Мой день начинается в 6 утра, когда собираю ребенка в школу. Моя дочь – это замечательный и талантливый ребенок, она занимается музыкой, хорошо учится. Мы с ней бесконечно тусим, все время вместе, вместе хотим в кафе. Вместе обедаем, вместе ходим на встречи с моими подругами. Я всегда говорила, наши руки не для скуки. Чем покупать какую-то китайскую ерунду, я лучше потрачу два часа своего времени, но мы с моим ребенком сделаем классную вещь, и я запомнюсь ей такой – настоящей и любящей. Я вообще хочу после себя много чего хорошего оставить.


Я очень люблю любить, свою дочь я люблю безмерно, бесконечно, от земли до космоса и обратно, как говорят дети.


– Как тебе пришла мысль открыть школу живописи ArtVille?


– Я росла среди книг, это была история искусств, книги с картинками – изображениями полотен различных художников, которые я с детства любила перелистывать. Это замечательное чувство у ребенка, когда кто-то, даже взрослый, не знает, что это за картина и кто ее автор, а ты знаешь. Идея о создании школы живописи зародилась в Москве под руководством моей сестры, а в Бишкеке – это ее филиал под моим началом. В Москве, не будем лукавить, уровень культуры гораздо выше, чем у нас, и в ту школу рисования люди ходят в гораздо большем количестве. И мне бы хотелось, чтобы у нас в городе были люди просвещенные, модные, культурные. Когда я увидела школу в Москве, то решила, что в Бишкеке тоже должно быть такое место. Пока у нас люди не готовы тратить деньги на искусство. Они могут потратить большую сумму за раз на водочку и на еду, а не на развитие своего ребенка. По возвращении из Москвы я в течение двух недель открыла эту школу и нашла преподавателей благодаря тому, что с детства хожу по выставкам и всех художников знаю. У нас есть школы рисования, но когда моя дочь посещала одну из них, мне не понравился подход педагогов. Они учат всех детей рисовать одинаково, говорят, что солнце желтое, а небо голубое. А моя доча как-то сказала мне: «Мама, а я хочу фиолетовое солнце, а меня ругают за это». Мозги и фантазию наших детей сразу изначально запирают в какие-то несусветные и непонятные рамки. Зачем? У нас же все могут самовыражаться в творчестве, и мы стараемся раскрыть потенциал каждого ребенка. Нет бесталанных детей, все они уникальные.



– Несмотря на то, что ты папина дочка, хотелось бы узнать, как мама на тебя повлияла как role model.


– Моя мама – вот это моя ролевая модель, безусловно. Она молодая, стройная, красивая, и когда у тебя всю жизнь перед глазами такая мама, которая всегда идет вперед, всегда в азарте, в движении, другого примера для подражания быть не может. Все началось с ее украшений, когда я была маленькая, я у нее спросила: «Мама, а когда ты умрешь, можно я заберу твои украшения?» На что она ответила: «Доча, не надо ждать, пока я умру, просто забери». Мама очень сильная, целеустремленная и спокойная женщина. Она никогда не паникует, и я считаю это фактором внутренней силы. Она, кстати, привила мне любовь к джинсам.


– В сериале «Общага» и фильме «Биртууганчик» ты играешь стерву-руководителя. Почему именно этот образ?


– Саадат Чокубаева – это веселый человек, который со стороны многим таковым не кажется. Мне говорят, что я слишком задираю нос, а может, у меня просто осанка неплохая? (смеется) Может, поэтому подобные роли и предлагают, потому что ассоциации вызываю со стервой. Всегда, когда появляется новый человек в моей жизни, он мне говорит: «А ты знаешь, я думала, что ты такая стервелла». Наверное, потому что я не часто улыбаюсь, но я работаю над этим.


– Саадат, cколько времени нужно иметь в сутках, чтобы успевать все, как ты, да еще и поддерживать образ светской львицы?


– Да какая я львица? Это ты меня в одном интервью так обозвала – оно и приклеилось! (смеется) Я вообще себя такой не считаю, хожу всегда в ботинках или кедах. А светскую львицу представляю себе как фифу в кудрях, ногтях, губах, в каблуках и бесконечно тусящую. Я люблю тусоваться, но дозировано, и посещаю только те мероприятия, что мне интересны. А в отношении внимания, самое главное – не относиться к себе слишком серьезно. Я вообще люблю сама над собой посмеяться и люблю таких же людей с самоиронией. Был период, когда после песни «Тук-тук» у меня и автографы просили, но я никогда не была подвержена звездной болезни.


– Есть у тебя в жизни какой-то момент, в который ты хотела бы вернуться и пережить еще раз?


– Нет, таких моментов не было, ничего менять я бы не стала. А если пофантазировать, то я хотела бы попасть в прошлом на концерт Майкла Джексона и переживала бы этот момент снова и снова.



Паспортичка:


? Любимая вещь в гардеробе – футболки и кеды, которых у меня много. Это очень удобно.


? Стиль вождения – за рулем я «нервный мужик». Но я борюсь, я стараюсь измениться. Я стала более сдержанной, потому что от моего гнева и злости хуже только мне, а другой водитель даже не слышит и не знает, что я тут бешусь. А негатив-то получаю я сама.


? Идеал мужчины – как семьянин – это мой отец. Более заботливого и любящего свою семью человека я не встречала. Поэтому в мужчине для меня важно, насколько он семьянин. А внешне, я, как близнец по гороскопу, всегда меняю свои предпочтения. Один месяц я могу «залипать» по Колину Фаррелу, а на другой – по Бенедикту Камбербетчу.


? Достоинства и недостатки – мои главные качества: я очень верный человек во всех отношениях, в дружбе, в любви. И я пунктуальная и люблю таких же людей. А из плохих качеств: я ленивая и мне нужна постоянная работа над собой, иначе у меня вся планета останавливается. Поэтому мне нужен такой загруженный график, как сейчас.




Автор: Нурайым Рыскулова

Фотографии: Андрей Костикин, а также из личного архива Саадат Чокубаевой