5.04.2017
People / Журнал Elime

[Журнал Elime] Толомуш Океев. В кругу семьи

Толомушу Океевичу Окееву, советскому кинорежиссеру, 11 сентября 2015 года исполнилось бы 80 лет. Океев – столп кыргызского кино, один из тех, благодаря которому появился термин «кыргызское чудо», тот, чье имя сегодня носит киностудия «Кыргызфильм». Толомуш Океевич – создатель чудесных фильмов, среди которых «Небо нашего детства», «Потомок белого барса», «Лютый». Он ушел на 66-м году жизни, трудясь во благо родины за рубежом.


Материал из журнала "Элиме" (выпуск №17, 2015 г.)


Знают Океева, разумеется, по его фильмам, культурной деятельности. Весельчак, строгий, но справедливый руководитель. Сейчас же, в честь юбилея, теплыми семейными воспоминаниями с журналом «Элиме» поделились дети Толомуша Океевича – Азиза и Искендер Океевы, а также внучки – Асылкан и Алия.


Искендер: «Прежде всего, хочу сказать, что отец был человеком, который менял вокруг себя жизнь к лучшему. В любых ситуациях, где бы он ни появлялся, за две минуты до этого все такое серое, обыденное, непонятное, а тут он – и все вокруг менялось, потому что начинался разговор толковый, серьезный, но одновременно веселый.


Очень много фотографий, где отец смеется, и люди вокруг него – тоже. Ощущение, что он все время всех веселил. Это не так. Если нужно было поменять ауру, это совершалось в мановение ока – все начинали бегать и выполнять всю нужную работу. Бестолковых людей папа не любил и не держал рядом».



В кругу семьи


Азиза: «В семье у нас все существовало, все крепилось вокруг мамы. Все бытовые заботы лежали на ее плечах. Иной раз, крайне редко – потому что отец не позволял шутить над собой – мы над ним подтрунивали. Он не ходил за покупками, не знал, что где продается и сколько стоит. Но изредка выбирался на базарчик недалеко от дома и очень удивлялся ценам. «Оказывается, все так дорого! Кефир так много стоит!» Уже много времени спустя, живя в Турции, папа ощутил вкус к жизни именно в походах за покупками в огромных торговых центрах. В советском пространстве не было таких мест, где можно совместить полезное с приятным – купить что-то, поесть в кафе, просто погулять. Папа стал настоящим дедушкой, потому что у него появилось много свободного времени и появились маленькие внучки, с которыми он гулял. Иногда мы покупали что-то без его участия, и он говорил: «Какое красивое платье! Это я его тебе купил?» (смеется). После того как папу назначили послом Кыгызстана в Турции, они с мамой жили там сначала одни, а потом мама заболела и мои дочки, Айима и Ажара, прилетели жить к ним. Спустя некоторое время к ним присоединилась наша сестра Алима с семьей, а после, уже гораздо позже, в 1996-м году, Искендера пригласили работать, и он тоже переехал в Турцию.


Когда наши дипломаты работают за рубежом, основной их задачей является налаживание экономических, культурных, образовательных связей, и видимый результат их стараний достоин уважения. Папа, будучи послом Кыргызстана в Турции, содействовал открытию лицея “Себат”, Кыргызско-Турецкого университета “Манас”, компаний “Кока-Кола Бишкек Боттлерс”, “Бета-чай”».


Искендер: «Мне вдруг вспомнилось, как будучи подростком, я поехал в Москву учиться. Хорошая знакомая моего отца, Изабелла Германовна Эпштейн, владела тремя языками, французским, английским, немецким, и воспитывала меня, я с пятнадцати лет был у нее на попечении, в трудные моменты обращался к ней за помощью. Она была первоклассной переводчицей, в ее послужном списке имелось несколько очень значимых книг. Помню ее огромную библиотеку, в которой имелись подлинники, напечатанные еще при жизни писателей, а также фонотеку, которая очень помогла мне в становлении музыкантом. Тетя Изабелла оказала огромное влияние на мое воспитание, и я всегда называл ее второй мамой. Они с мамой очень хорошо общались, Изабелла Германовна была членом нашей семьи.


Думаю, от отца я перенял способность подходить ко всем проблемам серьезно и в то же время с творческой инициативой, так, чтобы было приятно их решать и мне самому, и людям, которые также с ними столкнулись. Для этого, конечно, нужно обладать неким чувством юмора, тактом и знаниями».


"Серебряный медведь" Берлинского кинофестиваля за фильм "Потомок Белого Барса"


Азиза: «Папа никого из нас не выделял, он был хитрым дипломатом и говорил: «Старшую дочку я люблю потому, что она старшая, сына – потому, что он единственный сыночек, а младшую дочь – потому, что она младшая». Папа не часто нас хвалил. Но если ругал, то это надолго запоминалось. В общем, в семье у нас не было демагогии. Папа с мамой не сажали нас в кружок и не произносили воспитательных речей. Всему они нас учили своим примером и очень доверительными отношениями между собой.


В работе Толомуш Океев был очень строгим. Я хорошо запомнила, как мы однажды заехали к папе на работу. На территории киностудии была березовая аллея с лавочками, где сотрудники сидели на перекуре. Когда отец вышел из машины, их всех как ветром сдуло. Я это заметила и спросила у мамы: «Почему они разбежались?», а она ответила, что папа может сделать им колкое замечание, что они в рабочее время бездельничают. То есть, даже не работая у Океева, его побаивались потому, что он был прямолинеен и мог отчитать.


Папа умел работать и умел отдыхать, и делал это с большим вкусом. Сейчас, когда мы встречаемся с его друзьями, они вспоминают, как Толомуш Океевич организовывал весёлые поездки за город. Он не любил отдыхать в одиночку, всегда собирал большую компанию на машинах или автобусах для поездки в горы.Расстилали скатерти, жарили шашлык и готовили еду на костре. Естественно, брали с собой детей. Вспоминая отдых с родителями на природе, и уже став взрослыми, осознаем, что сами уже гораздо реже организовывали такие мероприятия со своими детьми. А тогда были нескончаемые шутки, веселье, хохот, пение, разные игры – от карт до чехарды. Во время игры в трынку взрослые выпрашивали у нас всю мелочь, обещая: «Я тебе потом отдам, когда выиграю!», вот смешно же было давать взрослым в долг!»



Искендер: «Хочу заметить, что когда папа играл в какие-то азартные игры, то в 90% случаев выигрывал».


Азиза: «Да, он устраивал из игры большое шоу. Если мухлевал, то по полной, но необидно, а если проигрывал, то с большим достоинством... С папой еще очень интересно было ходить на базар. Он устраивал из покупки целое представление, такое шумное, что останавливались прохожие, он вовлекал всех в действо. Было очень интересно наблюдать за реакцией продавца, который поначалу кипятился, делал страшные глаза, рвал на себе волосы и воздевал руки к небу... Умение торговаться входит в культуру восточного базара, и все стороны получают обоюдное удовольствие от процесса. Сначала продавец обижается, не спускает цену, потом идет на мировую, сбивает ее, а в конце папа и вовсе получал какую-то вещь за бесценок. В то время меня это смущало, мол, «как же можно торговаться», но я понимала, что для папы это было психологической игрой, и что продавец видит в нем достойного визави.


У папы с детства была редкая способность преломлять ситуацию в свою сторону. Даже при посещении высоких лиц, коронованных особ, он умел так расположить к себе, что его запоминали или воспринимали как друга. Режиссер, непосредственно раскрывающий человеческую натуру, он был хорошим психологом. Он также великолепно умел расположить к себе маленьких детей».



Искендер Океев прилетел из Турции (где он со своей семьей живет и работает) для того, чтобы выступить на концерте-посвящении в честь юбилея Т.О.Океева вместе со своими дочерьми Асылкан и Алией. Они пошли по стопам отца – играют на скрипке. Искендер играет в самом известном в Турции Билькентском симфоническом оркестре, а также преподает музыку в университете «Билькент» в Анкаре. Асылкан окончила второй курс во Франкфуртской консерватории, а Алия недавно окончила лицей с отличием, поступила в университет «Билькент».


Алия: «Я помню, как дедушка всегда брал нас на прогулку, мы с ним очень много гуляли, нам всегда было весело. Конечно, мы были совсем маленькие и не осознавали, что наш атуля – видный культурный деятель. Сейчас, уже будучи взрослыми, мы знаем, сколько всего он сделал и нам хочется сохранить ценность его наследия».


На отдыхе с внучками


С первой внучкой Ажарой


Творческое наследие


Азиза: «Меня крайне редко брали на съемки, но в моих воспоминаниях осталось, как мы ездили на турбазу Чон-Таш (там, где сейчас мемориал). Там снимались некоторые эпизоды фильма «Небо нашего детства». Я тогда впервые попала на съемочную площадку, мне было лет семь, и в памяти запечатлелось, насколько это волшебное дело – снимать кино. По эту сторону экрана мы видим результат труда, а по ту – скрыта громадная организационная и подготовительная работа, много техники, реквизита, но в то же время раздолье для тех, кто приехал наблюдать за процессом. Я помню, как мы бегали, толкались среди съемочной суеты, и стоило папе сказать в мегафон: «Внимание, приготовились!» – мгновенно наступала тишина. Можно было услышать, как жужжит пчела. А после слов «Мотор!» все на секунду замирало и начиналось совершенно другое действо, все погружалось в другой мир. Также мне запомнилось, когда я, уже взрослая, с дочками приехала на съемки, которые проходили на Иссык-Куле. Мы появились на площадке в пляжных шляпах, в шортах, и папа, приметив нас, при всем честном народе сразу в громкоговоритель: «Так, праздношатающиеся туристы, быстро пошли в юрту, переодевайтесь в костюмы, у нас массовки не хватает». И мы снимались в массовке целый день! Тогда я и ощутила, так сказать, на себе, насколько тяжел труд кинематографиста. А ведь это был всего лишь один эпизод будущего фильма «Миражи любви». Отец во время съемок никогда не выказывал нам особого внимания, не выделял нас как особых гостей или что-то в этом духе, и мы в свою очередь старались не мешать ему во время работы».


Искендер: «С детства отец брал меня с собой на съемки, в экспедиции. Я начал свою актерскую деятельность в возрасте семи лет, сначала в документальном фильме «Мурас», а потом на съемках фильма «Поклонись огню». В «Поклонись огню» у меня была единственная роль со словами, остальное все – массовка (смеется). И да, к нам абсолютно ровное отношение было, никаких поблажек, наоборот даже, папа был более требовательным нежели, чем к другим артистам, если нужно было что-то сыграть».




Азиза: «Работать в кино «по-настоящему» мы никогда не думали. Во-первых, думаю, потому, что отец близко нас не подпускал к своей работе, зная изнаночную сторону кинематографии. Очень тяжело работать в этой сфере. Во многом успех зависит от удачи, таланта».


Искендер: «В кино есть финансы, план и сроки. Папа всегда был очень точен в распределении средств. Несмотря на то, что киностудия «Киргизфильм» была самой маленькой по Советскому Союзу и средств на съемку фильмов, соответственно, выделялось меньше, он всегда умудрялся сэкономить, и в конце удавалось выдать премии всем членам съемочной группы. В детстве мне казалось, что работа режиссера очень легкая, пришел, сел – все готово, но, повзрослев, я понял, что за легкостью процесса кроется огромная организационная работа и что именно папа отвечал за нее».



Азиза: «Когда ездили в командировки, папа сначала всех накормит, уложит, разложит все по местам – и очень часто оказывалось так, что он забывал про себя, и ему негде было спать. После окончания съемок каждого фильма отец долго лечился, потому что работа давалась тяжелым физическим трудом, нервами. Поэтому мама в последние годы оставила свою работу и стала его личным секретарем, следила за питанием, здоровьем.


Также хочу добавить, что папа во всем был «пятерочником». При сдаче фильм оценивала комиссия для присвоения категории. Толомуш Океевич всегда получал первую или высшую категорию, чем очень гордился, потому что при такой оценке всем давали премиальные гонорары, что помогало семейному бюджету, а также ставило его картины несравненно выше, чем другие, «проходные», фильмы – они выходили в прокат по всей стране и зарубежом».



Памяти отца


Азиза: «Фонд имени Толомуша Океева был создан после кончины отца. Задача Фонда – сохранение кинонаследия Океева. От него остался достаточно большой архив, рукописи, режиссерские наработки, фотографии... Это все нужно оцифровать и, конечно, донести как можно большему количеству людей. Я занимаюсь параллельно и оцифровкой, и попыткой издания, устраиваю показы, выставки и конференции.


В 2001 году я пошла в «Кыргызфильм», чтобы взять копии папиных фильмов, думала, пусть хранятся дома, останутся детям, внукам – и узнала, что их нет вообще, не говоря уже об электронных носителях, что состояние киностудии, ее архивов плачевно. Но я была в то время очень наивна и ходила по разным кабинетам, спрашивала, когда будут завозить копии, оцифровывать и так далее. На все получала один ответ: «Нет средств». Даже фильмов с кыргызской озвучкой не сохранили. В первую очередь сохранение кинонаследия – это, конечно, задача Министерства культуры.


В Интернете практически нет фильмов Океева, а если и есть что-то, то очень плохого качества. Тут, конечно, идет конфликт интересов – с одной стороны, защита интеллектуальной собственности и авторских прав, а с другой – желание показать зрителям эти фильмы. Я уже думаю: пусть желающие скачивают с Интернета, потому что важнее, чтобы эти фильмы можно было посмотреть.


Видимо, мне досталось от отца упорство, поэтому, создав Фонд, я подавала на гранты, также использовался семейный бюджет, и удалось выкупить в России (а весь наш кинофонд принадлежат России) betacam-копии и оцифровать. Тогда, в 2002 году, это был первый в Центральной Азии опыт, чтобы фильмы режиссера были оцифрованы. В это же время я создала сайт www.okeyev.kg, который до сих пор является единственным сайтом кинорежиссера из Центральной Азии. Я долгое время пыталась достучаться до наших киноорганизаций с идеей оцифровки фонда фильмов советского времени, чтобы они были доступны зрителям, это же так важно! Все мы любим то старое кино и ценим его, и молодое поколение должно знать историю нашего кинематографа и знать ее в лицах. Все это очень сложно осуществить и сегодня. Сейчас, нам совместно с «Кыргызфильмом» удалось сделать небольшой тираж четырех фильмов Толомуша Океева, а также его восьми документальных фильмов».



О настоящем


Азиза: «Лично у меня вызывает удивление и уважение тот факт, что, несмотря на все трудности и лишь незначительную поддержку на государственном уровне, сфера кино сегодня не умирает, а наоборот, появилось очень много творческой молодежи, представители которой при отсутствии больших материальных средств идут и работают в этой сфере. Я объясняю это тем, что у кыргызов всегда есть и будет потребность в творческом самовыражении. Недостатком является то, что у них нет специального образования, хотя это молодежь не останавливает. Делается это, думаю, по недопониманию, так как кино, да и любой другой вид искусства прежде всего требует академических знаний».


Жумаш Океева


Искендер: «Папа был бы разочарован сегодняшним положением дел. Он уже давно понимал, что искусство после развала Союза приходит в упадок, он хотел преподавать, передавать свои знания молодым, мог бы обучить многих. Замыслы были большие: хотел создать киношколу для молодых талантов, но, к сожалению, не успел...»


Искендер Океев, Асылкан и Алия Океевы


Сегодня имя Толомуша Океева по-прежнему на устах, во многом благодаря стараниям его семьи – любимой супруги Жумаш, детей Азизы, Искендера, Алимы, а также внучек Айимы, Ажары, Дарики, Асылкан, Алии, Айгерим и Каныкей. Как хочется, чтобы все замечательные фильмы, созданные Толомушем Океевичем, были доступны зрителю, но какие для этого нужны усилия, терпение...


Фильмография:

1965 г. Это лошади (док.ф.)

1966 г. Небо нашего детства

1969 г. Боом (док.ф.)

1970 г. Мурас (Наследие) (док.ф.)

1971 г. Ловчие птицы (док.ф.)

1972 г. Поклонись огню

1973 г. Лютый

1975 г. Красное

1977 г. Улан

1980 г. Золотая осень

1982 г. Скульптор Ольга Мануйлова (док.ф.)

1984 г. Потомок белого барса

1986 г. Миражи любви

1988 г. Преследование (соавтор сценария)

1990 г. Пегий пес, бегущий краем моря (соавтор сценария)


Концерт-посвящение в честь 80-летия Толомуша Океева, 2015 г.




Выставка на концерте-посвящении в честь 80-летия Толомуша Океева, 2015 г.



Автор: Акжибек Бейшебаева

Фотографии: Руслан Рахманов; из личного архива семьи Океевых